Создать персонажа для общения с нейросетью: роль и память
Создать персонажа для общения с нейросетью: как задать цель, голос и границы знания героя, начать сцену и сохранить её состояние. Карточка и готовый запрос.
Евгений
Дизайнер-партнёр LibraChat
8 мин чтения
Мой смотритель маяка знал местные легенды, расписание кораблей и тайну пропавшего журнала. Слишком много. Уже в карточке я выдал ему ответ на загадку, которую собирался обсуждать в диалоге. Чтобы создать персонажа для общения с нейросетью, пришлось сначала убрать часть биографии. Герою нужны цель и предел осведомлённости: тогда следующая реплика появляется из ситуации, а не из желания пересказать всё, что автор написал о мире.
Я начал с биографии, а нужен был повод говорить
Для интерактивной истории я собрал страницу об Арсении, взрослом смотрителе вымышленного маяка. Записал возраст, привычки, устройство башни и подробности старого происшествия. Но в первой сцене посетитель всего лишь просил переждать дождь. Большая часть биографии не помогала понять, как Арсений встретит незнакомого человека.
Я сделал короткое отдельное задание: смотритель хочет закрыть мастерскую до темноты, но не бросит промокшего гостя снаружи. Он отвечает сдержанно, спрашивает о цели визита и не рассказывает секреты без повода. Теперь появились разные возможные решения: впустить в прихожую, предложить полотенце, уточнить, почему гость пришёл один.
На такую переделку карточки я выделил 10 минут. Не создавал ещё больше сведений, а отделял нужное для текущего разговора. Мне помог вопрос: если посетитель промолчит, чего персонаж захочет сам? Без собственного намерения герой легко превращается в справочник, который ждёт следующего запроса.
Я не пытаюсь объяснить личность одним словом «загадочный». Для смотрителя оно слишком свободно. Гораздо полезнее правило поведения: не рассказывать о запертом помещении, пока посетитель о нём не спросил. Это можно наблюдать в разговоре и при необходимости уточнить.
Создать персонажа для общения с нейросетью без всезнания
У автора и героя разные знания. Я придумал, кто унёс журнал, но Арсений в сцене этого не видел. Если положить разгадку в его обычную карточку без пояснений, диалог может слишком быстро потерять интригу. Поэтому я разделяю известное, предположения и неизвестное.
Слой карточки · Что относится к смотрителю · Как использовать в реплике
Знает — Гость пришёл после начала дождя — Может спросить, далеко ли тот шёл
Помнит — Утром журнал лежал в мастерской — Может рассказать об этом при уместном вопросе
Предполагает — Журнал могли перенести при уборке — Должен обозначить это догадкой
Не знает — Кто именно взял журнал — Не должен уверенно называть виновника
Для сюжетной роли это важнее длинного списка прилагательных. Если смотритель сразу объясняет всю загадку, дело может быть не в недостаточно ярком характере. Возможно, автор сам смешал тайну мира и знания героя. Я проверил бы именно эту границу до добавления новых запретов.
Отдельно задаю отношение к собеседнику на старте. Арсений ещё не знаком с посетителем, поэтому не должен обращаться к нему как к давнему другу. Но недоверие не обязано означать грубость. Я оставляю конкретный вариант: осторожная вежливость и короткие уточняющие вопросы.
В этой настройке не требуется обучать свою модель с нуля. Для первого сюжетного диалога достаточно описать роль и сцену в существующем чате. При этом инструкция не обеспечивает точного исполнения каждой детали. Поэтому дальше мне нужна проверка поведения, а не только красивая карточка.
Роль, с которой можно начать одну сцену
Сначала я бы оставил героя в отдельном разговоре. Для повторяющейся работы можно использовать проект LibraChat: у него есть собственные инструкции и общий контекст его чатов. Условия доступа к Проектам посмотри в сравнении тарифов. Сведения проекта не следует считать общими для любых других разговоров.
Для первой встречи с Арсением подойдёт такая роль:
Веди сюжетный диалог от лица Арсения, взрослого смотрителя вымышленного маяка. К нему во время дождя пришёл незнакомый посетитель. Арсений хочет закрыть мастерскую до темноты, но готов впустить гостя в прихожую. Говорит спокойно, короткими репликами, иногда уточняет смысл вопроса. Знает, что утром журнал лежал на столе; не знает, кто его унёс. Догадки обозначает как догадки. Не принимает решения за посетителя и не описывает его мысли. Начни с приветствия и одного вопроса о цели визита.
Здесь нет просьбы сразу пересказать всю историю маяка. Первая реплика должна открыть взаимодействие. Посетитель ещё может отказаться от приглашения, задать свой вопрос или объяснить приход. Если роль заранее дописывает за него ответы, разговаривать становится не с кем: читателю остаётся наблюдать уже готовую сцену.
Для собственного героя открой чат с первой сценой и попробуй заменить профессию, цель и неизвестную деталь. Не переноси смотрителя целиком в космическую станцию одним переименованием. Мотив закрыть мастерскую до темноты там может потерять смысл. Роль должна соответствовать устройству выбранного мира.
Я сохраняю карточку отдельным текстом, чтобы видеть, что именно задал. Во время доработки легко добавить удачную подробность в беседу и забыть, что её нет в исходном описании. Тогда новая сцена начинается с другой версии героя, хотя автор уверен, что ничего не менял.
Проверяй поведение, а не количество красивых реплик
Я бы проверил роль несколькими короткими ситуациями. Не оценивал бы сразу весь разговор одним «интересно». У смотрителя есть конкретные условия, и каждое можно увидеть отдельно: сохраняет ли он осторожную вежливость, различает ли знание и догадку, оставляет ли решения посетителю.
Первый вопрос касается пропавшего журнала. Если герой уверенно называет виновника, хотя карточка оставляет это неизвестным, я уточняю границу знания. Не добавляю ещё пять абзацев о характере. Ошибка относится к тому, что разрешено утверждать, а не к количеству эпитетов.
Во второй ситуации посетитель молчит или отвечает уклончиво. Мне важно, чтобы у Арсения оставалась собственная цель. Он может уточнить просьбу или напомнить, что собирается закрывать мастерскую. Но не должен сам решить, будто гость согласился войти и начал обыск. Это уже действие другого участника.
Третья проверка относится к голосу. Если сдержанный смотритель отвечает длинной торжественной речью на простой бытовой вопрос, я меняю инструкцию о длине и манере реплики. Одно наблюдаемое свойство полезнее общей просьбы стать «более живым». Что именно должно измениться: словарь, темп или количество объяснений?
В моей рабочей заметке достаточно такой последовательности:
Выбрать одно поведение для проверки, например границу знания о журнале.
Начать короткую сцену и посмотреть, выполняется ли условие.
Сформулировать замечание через видимое отклонение.
Исправить относящийся к нему пункт карточки и повторить похожую ситуацию.
При этом не всякая новая подробность является ошибкой. Скрипнувшая дверь или чашка на столе могут поддержать атмосферу, если мир допускает такое дополнение. А вот личность похитителя относится к устройству загадки. Я заранее решаю, где нужна точность, а где уместна импровизация. Иначе придётся запрещать любую деталь, после чего сцена станет неподвижной.
Состояние сцены хранится отдельно от характера
После нескольких обменов репликами герой уже может знать больше, чем в начале. Посетитель назвал себя, вошёл в прихожую и заметил мокрый след у двери мастерской. Если эту новую информацию не отделить от постоянной роли, легко потерять последовательность: смотритель то знаком с гостем, то снова спрашивает его имя.
Мне помогает короткая заметка о текущем состоянии:
где сейчас находятся участники;
что каждый успел узнать;
какое действие уже произошло;
какой вопрос остаётся открытым.
Это не новая биография. Я не переписываю характер Арсения после каждой реплики, а фиксирую изменения в сцене. В одном разговоре LibraChat учитывает предшествующий контекст; для общих материалов нескольких чатов предназначен проект. Но из этого не следует буквальное сохранение всех деталей истории без проверки.
Если начинаешь новую сцену, укажи, какие сведения относятся к её началу. Вчерашний гость может стать знакомым, но не должен автоматически знать событие, которое произошло без него. Я проверяю не только то, что помнит персонаж, но и то, кому автор уже позволил получить информацию.
Для длинной истории я оставляю рядом две небольшие записи: постоянную карточку героя и актуальное состояние эпизода. Так проще исправить конкретное противоречие. Когда всё смешано в одном длинном тексте, непонятно, меняешь ты личность смотрителя или лишь место, где он стоит сейчас.
С построением исходного задания поможет разбор того, как устроен промпт. А свою роль я в конце проверяю возвращением к журналу: может ли герой говорить интересно, пока не знает разгадки? Если да, мне не нужно снабжать его всеми секретами мира. Цель, голос и один открытый вопрос уже дают разговору направление.