Как использовать нейросеть на уроках литературы. На примере «Станционного смотрителя» разбери, кто видит событие, кто о нём рассказывает и где нужна оговорка.
Андрей
Преподаватель, научный редактор
8 мин чтения
На доске предложение «Дуня поехала с Минским по своей воле». Я бы спросил класс, кто в «Станционном смотрителе» мог бы так сказать. Довольно быстро находится строка, где упомянут ямщик. Но он видел дорогу и плач Дуни, а о её желании только судил по тому, что наблюдал. Нейросеть на уроках литературы пригодится, когда это различие удобно увидеть в действии. Я предложу восстановить путь от события до читателя и только потом обсуждать, почему Дуня уехала.
Для занятия возьму три эпизода из текста Пушкина в Русской виртуальной библиотеке. Путешественник знакомится с Дуней на станции, затем узнаёт от отца, как она уехала, а в финале слышит о приезде барыни от мальчика. На первый взгляд это последовательный рассказ об одном человеке. На деле разные люди видели разные куски. Я бы начал урок с того, чтобы ученики разложили эти куски физически.
Где нейросеть на уроках литературы помогает подготовить карточки
Я беру лист бумаги и делю его на три графы: «кто видел», «кто рассказывает», «что додумываем». Для каждой из трёх сцен дадим группе маленькую карточку. Сверху одно предложение о событии, внизу пустое место. Когда класс назовёт источник, карточку можно положить в нужную графу. Если группа написала и наблюдение, и вывод о чувствах, удобнее разделить одну карточку на две.
У первого эпизода карточка самая простая. Приехавший на станцию путешественник сам видит Дуню и разговаривает с ней. Можно спорить, как его симпатия влияет на описание, но ясно, кто рассказывает о встрече. Во втором эпизоде сведения дошли до читателя через других людей. В рассказе отца появляется сообщение ямщика. Чтобы не сплющить этот путь, я рисую мелом стрелки: ямщик сообщает смотрителю, смотритель рассказывает путешественнику, путешественник записывает услышанное.
Эпизод · Чей голос слышим · Что стоит перенести на карточку
Первое посещение станции — Путешественник рассказывает о своём знакомстве — Он видел Дуню и говорит о впечатлении от встречи
Поездка Дуни с Минским — Смотритель передаёт слова ямщика — Ямщик сообщает о слезах и оговаривает своё впечатление о согласии
Барыня приезжает после смерти смотрителя — Мальчик рассказывает путешественнику — Он описывает её приезд и то, что она отправилась на кладбище
Последняя дорога к могиле — Путешественник идёт туда с мальчиком — Он может описать увиденное место, рассказ о приезде слышит от мальчика
Из таблицы не нужно сразу выводить, почему Дуня плакала. Две группы могут предложить разные объяснения: ей тяжело расстаться с отцом или она боится неизвестного. Обе версии надо проверить по словам повести и оставить открытыми, если отрывок не позволяет выбрать. Мы обсуждаем, какое чтение объясняет больше деталей. Здесь может оказаться, что одной причины вообще не хватает.
Какой материал передать чату до урока
В рабочую заметку я поместил бы четыре коротких фрагмента с заметными границами и дал им номера. В каждом сохраню ремарку о том, кто говорит. Если вырезать у ямщика одно слово «казалось», получится совсем другое свидетельство. Ученику проще увидеть силу этой оговорки, когда перед глазами остался исходный абзац. Ссылку на издание даю классу рядом с листом, чтобы версии в задании можно было проверить.
Я не отправляю в чат ученические ответы, имена и отметки. На этапе подготовки достаточно открытого текста Пушкина и моих карточек. Четыре отрывка помещаются в одно сообщение. Для большого файла с целой главой я бы сначала посмотрел что входит в мой план и проверил, отображаются ли нужные страницы как текст. Ещё примеры обращений с ИИ на занятиях разбираются в статье о нейросети в школе.
По четырём пронумерованным фрагментам «Станционного смотрителя» подготовь карточки для занятия. Для каждой укажи, о каком событии идёт речь, кто мог его видеть и кто сообщает о нём читателю. Сохрани все оговорки вроде «казалось». Предложи один вопрос о выборе между двумя возможными объяснениями поведения Дуни. Дай ученикам место для собственного ответа. В листе учителя отмечай номера фрагментов, на которых основана подсказка, и не добавляй пропущенных событий.
В LibraChat я бы применил этот запрос к выбранным фрагментам и открыл текст повести рядом. Если получился рассказ, где путешественник видел отъезд Дуни или встречал её у могилы, имеющихся слов недостаточно. Возвращаюсь к соответствующему абзацу и выписываю участника, через которого пришло сообщение. По этой строчке исправляю карточку до того, как дети получат лист.
При проверке нам пригодятся простые вопросы:
Был ли этот человек при событии?
В чьей речи мы о событии узнали?
Какие слова в пересказе добавляют мотив или уверенность, которых в отрывке нет?
Можно ли сформулировать другую версию с теми же деталями?
На уроке одна карточка меняется местами с другой
Ученики читают отрывок в паре. Один записывает событие, второй — путь сведений до читателя. Когда обе записи готовы, пары отдают карточки соседям без заголовков. Соседи должны восстановить, кто где мог говорить. Если карточку про поездку положили в графу путешественника, попроси показать место, где тот ехал вместе с Дуней. Обычно полезнее открыть историю смотрителя и услышать внутри неё голос ямщика.
Теперь я выбираю один тезис для обсуждения. Например: «Приехавшая барыня хотела проститься со смотрителем». Кто-то укажет на путь к могиле, кто-то — на её слёзы в рассказе мальчика. Другой ученик спросит: как мы узнали, что её привело именно это чувство? Этот вопрос отличный. Оставим его в протоколе обсуждения и назовём две детали, которые позволяют читать сцену так. Это будет обоснованное толкование, даже если в тексте нет прямого признания Дуни.
Дай каждой паре одно событие и четыре абзаца на столе.
Попроси записать источник рядом с каждой фразой о событии.
Дай другим ученикам проверить, может ли говорящий знать написанное.
Оставь для обсуждения по одной версии, опирающейся на две конкретные детали.
Когда ученики спорят о голосах источников, легко уйти в терминологию. Я бы попросил всех пересказать один эпизод обычными словами. «Рассказчик увидел, как она плакала в дороге» и «смотритель передал, что ямщик видел её слёзы» меняют главное подлежащее и тем самым меняют источник сведений. После такого сравнения можно дать название приёму: в нашем чтении важен рассказ внутри рассказа. Термин появится после наблюдения, которое помогает его запомнить.
При желании добавлю короткую сцену чтения вслух. Один человек произносит предложение от лица ямщика, второй — от лица смотрителя, третий — от лица путешественника. Каждый меняет только подлежащее и глагол, которым передаётся сообщение. У ямщика получается «я видел», у смотрителя «мне рассказали», у путешественника «я услышал». Так заметно, что одно событие остаётся прежним, хотя доступ к нему меняется по мере пересказа.
Затем предложу одной паре сказать от лица самой Дуни, что она в тот момент решила. На этот раз разрешу ответить «в отрывке нет её слов». Творческий монолог можно придумать отдельно и подписать как сценку. Сравнение этих двух заданий помогает увидеть, почему прошлой карточке нельзя приписывать готовый мотив. На доске я оставлю две разные формулировки и подчеркну глаголы. В одной ученик показывает путь сведений, в другой предлагает вымышленное объяснение.
Если класс слишком быстро принимает первую трактовку, пригодится встречный вопрос. Что меняется, когда в той же фразе ямщик добавляет «казалось»? Попроси группу придумать случай, где внешнее поведение и решение различаются. Это может быть обычная поездка, на которую человек согласился, хотя расстроен. Такой пример помогает понять, почему слёзы сами по себе не позволяют исключить согласие или уверенно его доказать.
Выходной билет: одно имя вместо готового ответа
Прямо сейчас выбери абзац повести и закрой соседний лист. Проверь, можно ли восстановить по одному абзацу имя того, кто видел событие. Если студент оставил только «стало известно», я прошу дописать, от кого стало известно. Хороший выходной билет помещается в двух фразах: «Ямщик рассказал смотрителю, что видел её слёзы. О решении Дуни он мог судить только по тому, что наблюдал». Такая запись оставляет место для сочувствия и не добавляет героине слов, которых мы не слышали.
На следующем уроке я вернул бы классу одну перепутанную карточку. Пусть пара исправит в пересказе только имя говорящего, без объяснения всего сюжета. В короткой фразе снова появился ямщик. Теперь слышно, чьё впечатление читатель может принять за мысль самой Дуни, если не заметит, как устроен рассказ.